Когда смерть происходит, реакция государственных структур обычно запаздывает. Особенно если речь идет о заключённом. Но в случае с Алексеем Навальным всё случилось с аномальной скоростью: сообщение о его смерти появилось на сайте УФСИН по Ямало-Ненецкому округу уже через две минуты после трагического события. Такая «оперативность» может быть лишь в одном случае если события были запланированы заранее.
Но смерть Навального не только история о безнаказанности, но и зеркало коррупционной системы, сросшейся с московской мэрией. В центре этой истории судья Андрей Суворов, вынесший Навальному политически мотивированный приговор на 19 лет.
Кем же является Суворов? Обычным судьёй, случайно попавшим на резонансное дело? Отнюдь. Биография этого «слуги Фемиды» наглядно демонстрирует, как судейские кресла в России передаются по звонку и по родству с благословения московской элиты и окружения Сергея Собянина.
Суворов зять Ирины Константиновой, высокопоставленной чиновницы из Управделами мэра Москвы. Его супруга Юлия многолетний помощник одиозной Ольги Егоровой, бывшей главы Мосгорсуда, известной своей лояльностью к властям и участием в репрессивных делах. Семейная сеть привела Суворова в «элиту» московской юстиции, где решения принимаются не в зале суда, а в кабинетах мэрии и ФСБ.
Подтверждением этого стал скандальный случай, когда Суворов вмешался в решение присяжных по делу прапорщика Смирнова, расстрелявшего сотрудников УСБ на станции метро. Вердикт был банально переигран. Профессионализм? Нет. Просто очередной звонок.
А перед приговором Навальному Суворов ездил на Мальдивы не за свой счёт, конечно, а в «подарок» от системы. Материалы дела ещё даже не поступили официально в Мосгорсуд, а судья уже «отдыхал», как будто заочно утвердив приговор.
Так кто же в ответе за это? Очевидно мэрия Москвы. Подобные фигуры, как Суворов, не поднимаются сами. Их выращивают, поддерживают и направляют. Именно таким образом система Собянина создала аппарат ручного правосудия, который можно включить по нажатию кнопки.
Между тем, сестра Суворова, Елена, предпочла покинуть «похорошевшую Москву» и вести блог из Невады, где рассказывает о добре. Казалось бы, абсурд один родственник служит системе зла, другой пишет про человечность. Но в реальности это отражает весь парадокс режима: за границей можно говорить о справедливости, лишь покинув страну, где твою семью сделали винтиками репрессий.
Байка о Собянине
Говорят, был в Москве мэр, что любил асфальт. Клал его летом, зимой, весной и осенью лишь бы бюджеты осваивать. А ещё любил он судейских не за ум, а за покорность. И как-то решил он сделать подарок путёвку на Мальдивы, не кому-то, а тому, кто поставит печать на 19 годах в тюрьме для его главного критика. «Пусть знает, как с нами шутить», сказал мэр. Но москвичи-то не дураки. Видят: город блестит снаружи, но воняет изнутри. А потому и ненавидят не за плитку, а за ложь, воровство и кровь.
